 |
|
|
Спасибо, дед. Хошь моих? -- Протянул пачку "Памира". Старик с трудом ухватил негнущимися пальцами сигаретку, помял-помял,посмотрел на нее внимательно, прикурил... -- Тимоша! -- крикнул Левинсон осоловелому парнишке на крыльце. -- Иди овес покарауль: Морозка уезжает... Однако же и после присоединения к России силой оружия с краем этим вовсе не обращались, как с завоеванным. На всем пространстве нашей обширной импер.. Ремонт мебели. Смотрите также: |
Ян Флеминг (Ian Fleming) - Произведения - Бриллианты вечны. Пер. - М.Хвостов
Тем временем: ... Их мать тоже читала, и обе они по утрам долго спали: приходилось ждать их, чтобы сесть обедать. Отец, тот ложился спать рано, и сейчас уже был наверху в своем кабинете и спокойно работал. С ним можно было увидеться лишь за обеденным столом. Он сломал перегородку на третьем этаже, превратив мансарды в одну просторную библиотеку, где после обеда устраивал себе сиесту на старом малиновом диване. — Тебе письмо. Я отнесла его наверх в комнату. Заинтригованный, он поднялся по лестнице и толкнул дверь. Солнце сменило место и теперь уже освещало другие стены. На своем рабочем столе он нашел письмо и с изумлением узнал почерк сестры. Он распечатал его со смутным беспокойством. Одиль всегда была непредсказуема, и от нее можно было ожидать всего. Судя по почтовому штемпелю, оно было опущено в ящик накануне вечером. Однако накануне вечером Одиль не ужинала дома. Такое случалось часто. Она приходила и уходила, ни перед кем не отчитываясь, нередко возвращалась в три часа ночи. Он пересек коридор, открыл дверь в комнату сестры. Постель была не разобрана. Ни следа привычного беспорядка. Он вернулся к себе в комнату, уселся в кресло и принялся читать: «Мой дорогой Боб, Увидев это письмо, ты вздрогнешь. Вероятно, ты обнаружишь его, когда вернешься к обеду домой, и мне кажется, я вижу, как ты недоверчиво изучаешь почтовый штемпель. Потом ты бросишься ко мне в комнату и обнаружишь, что она пуста. В этот момент я буду уже далеко». У его сестры была привычка вот так пытаться угадать, как поведут себя люди, особенно если речь шла о членах ее семьи, и нужно признать, она редко ошибалась. Почерк был мелким, правильным, но число прямых черточек в буквах варьировалось: их могло быть две или четыре в какой нибудь «т», а некоторые буквы было практически не разобрать, к примеру «I», которое можно было принять за «I». Когда, в котором часу исписала она эти страницы? Письмо было отправлено в шесть часов вечера накануне. С вокзала? Вполне возможно, поскольку она заявляла, что, когда брат прочтет его, она будет уже далеко. Однако уехать означало для Одиль отправиться в Париж, хотя она и была там всего раза четыре, но считала, что это единственное место, где можно жить. Лозанна, другие города были для нее чем то вроде тюрем, с которыми она мирилась, поскольку ей не оставалось ничего другого... |
ресурс Ян Флеминг (Ian Fleming)
